Новый Статус - блог Ивана Арцишевского

В ожидании героя

M&MНаучно-популярный журнал «Машины и механизмы» №1 (100) январь 2014г.

Как правило, гости нашей студии – люди разносторонние, и беседы с ними часто выходят за рамки обозначенных тем. Например, с Иваном Сергеевичем Арцишевским мы долго говорили о времени, о любви и о шпионах.

Иван Арцишевский: Сегодня человечество находится на грани колоссальных перемен. Во все времена коммуникации как способу сохранения и развитию цивилизации и устоев общества отводилась значительная роль. Коммуникация начинается с самого простого – «здравствуйте», «добрый день», с рукопожатия – того, что называется этикетом.

У меня на лекции один студент спрашивает: «Иван Сергеевич, а зачем мне говорить «спасибо» за то, что вы мне дали карандаш? Вот если бы вы мне спасли жизнь, я бы вам сказал «спасибо». А так «спасибо» обесценивается».

Это же страшная деградация, развитие которой без труда можно проследить в нашей стране. В других государствах поощряют развитие науки и техники, обращают внимание на состояние интеллектуальной мысли, культуры. Мы же все это отменили, назвав когда-то буржуазным. Пришел Шариков, который сказал: «Что вы мучаете себя, как при царском режиме?»

Александр Новиков: Вы передергиваете. Ну, понятно, революция была, дураков хватало. Их в каждой конфликтной ситуации хватает.

ИА: Правильно, но шариковская теория осталась и жила очень долго. Вспомните советское время, взаимоотношения сводились к поговорке «Относись к человеку проще, и он к тебе потянется». В результате мы очень многие вещи упустили.

И сегодня вместо: «Простите, не подскажите, сколько времени?» – в ответ звучит: «А чего это вы у меня прощения просите?» Понимаете, вот эти простые обращения – «простите», «извините», «разрешите» — мы даже с трудом можем произнести… Чаще всего говорят просто «подвиньтесь»! Это означает, что мы совершенно потеряли уважение друг к другу, отошли от норм поведения, потому общество сегодня агрессивно и конфликтно. Это словно громко звенящая струна в нашем обществе.

АН: Все, что вы говорите, соответствует действительности. Ну, понимаем мы это, и что дальше? Как выйти из этой ситуации?

ИА: Легко. Вот я недавно читал лекции для участников президентской программы подготовки управленческих кадров по Северо-Западу. Выдвиженцы. Понятно, что чиновники уходят, приходят новые. Я сам был чиновником, знаю многих, а сейчас столкнулся с какой-то частью новой поросли. Так вот, многие вещи, о которых мы говорили на этих занятиях, для большинства было открытием.

АН: Если выдвиженцы  не понимают то что вы рассказываете, к чему все это тогда?

ИА: Чтобы изменить ситуацию, прежде всего надо поменять сознание тех людей, которые находятся у власти. Они должны ясно понять, что если они добрались до каких-то богатств и высот, то это не вопрос права обладания этими богатствами и властью, а вопрос их ответственности перед людьми. А вообще, надо вернуть в общество понимание добра и зла, понимание того что такое хорошо и что такое плохо.

АН: Вот смотрите, простая фраза «надо вернуть понятие добра и зла». Сказать легко!  А как это сделать?

ИА:  А сделать еще проще… Знаете, я стоял в двух метрах от нашего президента, когда он сказал: «…мочить в сортире», и с моей точки зрения, это был некий сигнал к тому что можно так говорить и так себя вести. Все-таки представители власти должны подавать пример.

АН: Вот тут я с вами согласен однозначно.

ИА: И надо четко осознавать, что общество сегодня больно. Россия не готова принять вызовы современного мира. Очень многие исследования притормаживают сегодня специально. Есть политические изменения, к которым в России совершенно не готовы.

АН: Вы говорите абсолютно правильно, больше того, я думаю, что мы понимаем корень проблемы. Но только вот корень этот, мне кажется, не главный. Потому что люди, которые стоят во главе нашего российского общества, – и я боюсь, что не только нашего, но и мирового – имеют перекос в сторону материального. Забывается духовная часть, которая связывает людей. Я боюсь, что люди, которые управляют обществом, сами не знают, как быть. Надо сделать программы, надо изменить ситуацию… Но это «надо» ничего не поменяет.

Вы правы, наказание само по себе не воспитывает человека. Я имею в виду не физическое, не материальное, а духовное наказание. Как вы можете привить человеку в возрасте, условно, 60 лет какие-то традиции, какие-то культурные отношения, если его с детства воспитывали не так? А вот в какие-то рамки загнать будущее поколение мы можем.

ИА: Я верю в культурную матрицу, она в нас генетически заложена. И ее можно возродить через самые простые вещи – фильмы, книги, положительные примеры.

Должен быть герой, которому мы хотели бы подражать. Не бандит и не герой-супермен, а другой – герой-человек. Простой. Честный. Который любит. Это может быть и следователь, и судья, и бизнесмен, и рабочий. Все это должно постепенно формировать правильное общественное сознание, и этот метод уже был проверен. Посмотрите американские фильмы, я не апологет американской культуры, даже совсем наоборот. Но, показывают какого-нибудь американского полицейского, который, условно говоря, 1000 трупов положил вокруг, и спускается спасти одного человека. Как его показывают зрителю? На фоне американского флага. И все смотрят на него как на героя и гордятся им. А у нас даже порядок цветов на флаге запомнить не в состоянии. Надо возрождать уважение к государственной системе, уважение к государству, государства к народу, уважение к законам и так далее.

АН: Да я согласен с вами. Опять слово «надо». А кто это будет делать?

ИА: Могу сказать точно, что в президентском резерве есть абсолютно нормальные люди. Их немного, но им надо дать возможность. Кто-то, конечно, не выдержит, это понятно. Но то, что в России и среди чиновников есть честные, нормальные, образованные и грамотные люди – это факт.

Возникла острая необходимость перемен. Но я категорически против митингов, стрельбы, революций. Как любой нормальный человек я этого не хочу.

АН: Ну почему, кстати?

ИА: Потому что это всегда кровопролитие, это потеря жизни, это все… нет. Вместо этого давайте создадим нового героя нашего времени.

АН: Ну, у нас есть новый герой – Навальный. Мы создаем его активно сейчас.

ИА: Ну, Навальный… вся его деятельность мне глубоко антипатична, хотя это мое личное мнение. Я, кстати сказать, на Болотной не был, а на проспект Сахарова сходил, когда это все начиналось. И сразу понял — это абсолютно тупиковый вариант.

I.Arcishevsiy_M&MАН: Пока тупиковый. А знаете почему? Потому что во всей этой истории, которую вы рассказываете, с которой я, кстати, согласен (я тоже не приверженец насилия), не хватает одной маленькой детали – у них нет четко выраженной цели и пути к этой цели. У них нет идеологии.

ИА: С идеологией все как раз понятно, но, боюсь, это в двух словах не скажешь. В действительности это должна быть грамотно разработанная программа, рассчитанная на взаимодействие различных слоев общества, общественных институтов, в том числе и церкви.

АН: Иван Сергеевич, все-таки давайте поговорим о менталитете. Что происходит сейчас в обществе?

ИА: Менталитет подвергся изменениям в связи с тем, что возникают новые средства коммуникации. Это меняет и понимание мира, , да и самих людей. Думаю, скорее изменилась внешняя среда, а не человек. И вот здесь самое главное не разрушить то, что уже существовало прежде. Нельзя деградировать.

АН: А в чем деградация?

ИА: Деградация общества выразилась хотя бы в такой фразе: «А зачем говорить «спасибо»? Общество потребления, которым мы все больше становимся, тому способствует. И если Запад все-таки уже постепенно уходит от этого, то мы, окончательно в этом погрязли.

АН: Запад тоже в это входит.

ИА: Нет. Уже уходит.

АН: Кризис, который сейчас происходит на Западе, очень связан с тем, что вы говорите. Опять же, в чем причина?

ИА: Способы коммуникации — все эти компьютеры и телефоны – это способствовало возникновение новой среды.

АН: Ну, подождите, целая страна Россия жила – и вдруг в новой среде оказалась! Весь мир оказался, ну и что?

ИА: Да, но в европейских странах, в той же Америке было некое интеллектуальное ядро – писатели, ученые, философы, которые не уничтожались и не изгонялись.

АН: Что-то я с вами никак не могу согласиться. На мой взгляд, в России тоже много чего осталось. И заповеди на Западе во многом соблюдают не на основании духовных ценностей, которыми являются эти заповеди, а на основании того, что можно получить наказание в обществе за их нарушение – совершенно конкретное, физическое. Если припарковал машину не там, где надо – эвакуируют, и ты заплатишь штраф. Будь ты президентом страны или дворником. Не имеет никакого значения.

А вот в России как раз достаточно мощные и сильные некие духовные принципы, которые уничтожаются. Активно уничтожаются. На мой взгляд, они сильнее и мощнее по сравнению с остальными странами. Я ведь тоже поездил по земле, много где был, поверьте. Человек что-то ценит не потому, что за это платят, а потому что он так вырос, воспитан и потому что это у него в крови.

Конечно, за последние 20-30 лет мы создали условия, чтобы разрушать эти духовные ценности, но в русском народе они существуют по сей день, и ничто не смогло их вышибить до конца.

ИА: Ну, а что такое ценности?

АН: На мой взгляд, это отношение к чему-либо: к предмету, к явлению, к человеческим отношениям. Есть материальные и духовные ценности. Так вот, путь к деградации – это когда духовные ценности подменяются материальными. На мой взгляд, все, что можно оценить  условно деньгами, это материальная ценность. А все, что нельзя оценить деньгами – духовная ценность.

ИА: А воровать нельзя, потому что нельзя воровать – это абсолютная ценность.

АН: Тут я с вами поспорю. Например, вы бы работали разведчиком, ваша профессия была бы – воровать…

ИА: Любой разведчик – асоциальный элемент для той страны, против которой он работает.

АН: Конечно. Это профессия.

ИА: Но вы прекрасно знаете, что быть разведчиком для своей страны– это хорошо. Но с другой стороны -воровать в любом случае плохо всегда! Разведчик вы, не разведчик…

АН: Но опять же – если почитать Библию, если почитать Ветхий Завет…

ИА: А я не знаю, что написано в той Библии, которую вы имеете в виду, потому что не знаю, какая это редакция.

АН: Канонизированная редакция, которая официально на сегодняшний день существует в мире.

ИА: Официальная – кем это объявлено?

АН: Получается, что когда вы мне говорите, что человечество соблюдало и соблюдает десять заповедей, вы лукавите – по той простой причине, что вы же не знаете, кто написал эти заповеди. Зачем вам их соблюдать, может быть, они ложные?

ИА: Нет, десять заповедей – нечто абсолютное.

АН: О, ну как-то странно, это одна книга!

ИА: Есть Ветхий Завет. Есть Новый Завет, это все-таки разные книги, не путайте. Я как раз подвергаю сомнению не скрижали Моисея, а человеческое изложение учения Иисуса Христа.

АН: Ну ладно, мы туда не пойдем.

Вы знаете, я на самом деле не понимаю, почему редакция выбрала тему менталитета. Я не вижу в понятии менталитета чего-то конкретного. А вы как к этому относитесь?

Vasnetsov_I.MuromecИА: Если мы все-таки переведем менталитет с латыни, то получим «сознание». Повторюсь, сознание меняется в связи с тем, что меняется среда, в которой мы живем. И сознание сегодня, к сожалению, деградирует. Я согласен с вами, что внутри русского человека очень мощный стержень, но мы его разрушаем. Потому что мы не показываем, каким должен быть герой и его образ. Пускай он будет разный, пускай он будет не один, но он должен нести в себе черты русского человека. Вот были у нас богатыри…

АН: Илья Муромец!

ИА: Да. Детские сказки. Это же прекрасно! Пускай там не все было очень понятно, но они имели совершенно колоссальную силу, потому что создавали некий образ. А сегодня кто у нас образ?

АН: Абрамович. Вот главный богатырь.

ИА: Совершенно верно. В фильмах — бандиты, и кажется, что здорово быть бандитом, чиновником, или олигархом.Такие герои и приводят к деградации общества. Вы никогда не думали, чем может быть сегодня национальная идея?

АН: Конечно, думал.

ИА: Семья и благополучие каждого человека.

АН: Плохая идея. В чем причина того, что у нас нет героя? Мы можем с вами говорить сколько угодно. Проблема нашего общества в том, что сегодня материальные ценности находятся в дисбалансе с духовными. Мы забываем про духовные ценности. Мы меняем их на материальные. И это не только у нас, это поощряется во всем мире.

ИА: Главная материальная ценность сегодня – это семья.  В самом широком смысле этого слова. Папа, мама, дети. Понимаете?

АН: Нет. Самая большая духовная ценность – это личная  жизнь каждого человека. Это творчество.

ИА: Ну….

А.И.  Ну, не обманывайте себя. Вы в свои 60 с лишним лет хотите творить.

ИА: А есть люди, которые не хотят творить. Они хотят просто жить. Вы хотите, чтобы все были творцы.

АН: Творчество не в смысле «рисовать картины» или «заниматься физикой». Дело в самореализации человека. Например, хорошая мать, воспитывая своего ребенка, тоже занимается творчеством. И хорошая жена тоже. Каждый имеет свои грани, и у каждого свой способ самореализации.

ИА: Как сделать, чтобы это все вернулось как ценность? Чтобы в обществе нематериальное стало ценностью?

АН: Должен появиться некий герой не с точки зрения сказок, а обычный человек (или группа людей). И он появятся. Наверняка. И сформулирует путь людей к чему-то. Цель и порядок ее достижения. Вот в этом вся идеология. Больше ничего нет. Цель. Чего мы хотим от нашей жизни?

ИА: Давайте это сделаем через книги, фильмы, театры, культуру.

АН: Давайте. Вы правильно говорите. Я с вами абсолютно согласен.

ИА: Вы говорите, под это нужна идеология. Какую идеологию предложить?

АН: Условия. Условия подложить.

ИА: Да, конечно. Условия – это люди и финансы. Все. Два условия. А людей надо учить и нельзя допускать деградации. Ну, вот видите, мы почти к консенсусу  пришли…

Научно-популярный журнал «Машины и механизмы» №1 (100) январь 2014г.


Курсы этикета Ивана Арцишевского
Подробнее можно узнать здесь...

Напишите, пожалуйста, Ваш комментарий.